Велика ведь бывает польза от

Велика ведь бывает польза от thumbnail

В год 6545 (1037). Заложил Ярослав город великий, у того же града Золотые ворота; заложил и церковь святой Софии, митрополию, и затем церковь на Золотых воротах – святой Богородицы Благовещения, затем монастырь святого Георгия и святой Ирины. И стала при нем вера христианская плодиться и расширяться, и черноризцы стали умножаться, и монастыри появляться. И любил Ярослав церковные уставы, попов любил немало, особенно же черноризцев, и книги любил, читая их часто и ночью и днем. И собрал писцов многих, и переводили они с греческого на славянский язык. И написали они книг множество, ими же поучаются верующие люди и наслаждаются учением божественным. Как если один землю вспашет, другой же засеет, а иные жнут и едят пищу неоскудевающую, – так и этот. Отец ведь его Владимир землю вспахал и размягчил, то есть крещением просветил. Этот же засеял книжными словами сердца верующих людей, а мы пожинаем, учение принимая книжное.

Велика ведь бывает польза от учения книжного; книгами наставляемы и поучаемы на путь покаяния, ибо от слов книжных обретаем мудрость и воздержание. Это ведь – реки, напояющие вселенную, это источники мудрости; в книгах ведь неизмеримая глубина; ими мы в печали утешаемся; они – узда воздержания, Велика есть мудрость; ведь и Соломон, прославляя ее, говорил: „Я, премудрость, вселила свет и разум, и смысл я призвала. Страх Господень… Мои советы, моя мудрость, мое утверждение, моя сила. Мною цесари царствуют, а сильные узаконяют правду. Мною вельможи величаются и мучители управляют землею. Любящих меня люблю, ищущие меня найдут благодать». Если прилежно поищешь в книгах мудрости, то найдешь великую пользу душе своей. Ибо кто часто читает книги, тот беседует с Богом или со святыми мужами. Тот, кто читает пророческие беседы, и евангельские и апостольские поучения, и жития святых отцов, обретает душе великую пользу.

Ярослав же, как мы уже сказали, любил книги и, много их написав, положил в церкви святой Софии, которую создал сам. Украсил ее золотом, серебром и сосудами церковными, и возносят в ней к Богу положенные песнопения в назначенное время. И другие церкви ставил по городам и по местам, поставляя попов и давая от богатств своих жалованье, веля им учить людей, потому что им поручено это Богом, и посещать часто церкви. И умножились пресвитеры и люди христианские. И радовался Ярослав, видя множество церквей и людей христиан, а враг сетовал, побеждаемый новыми людьми христианскими.

В год 6546 (1038). Ярослав пошел на ятвягов.

В год 6547 (1039). Освящена была митрополитом Феопемптом церковь святой Богородицы, которую создал Владимир, отец Ярослава.

В год 6548 (1040). Ярослав пошел на Литву.

В год 6549 (1041). Пошел Ярослав на мазовшан в ладьях.

В год 6550 (1042). Пошел Владимир Ярославич на Ямь и победил их. И пали кони у воинов Владимировых; так, что и с еще дышащих коней сдирали кожу: такой был мор на коней!

В год 6551 (1043). Послал Ярослав сына своего Владимира на греков и дал ему много воинов, а воеводство поручил Вышате, отцу Яня. И отправился Владимир в ладьях, и приплыл к Дунаю, и направился к Царьграду. И была буря велика, и разбила корабли русских, и княжеский корабль разбил ветер, и взял князя в корабль Иван Творимирич, воевода Ярослава. Прочих же воинов Владимировых, числом до 6000, выбросило на берег, и, когда они захотели было пойти на Русь, никто не пошел с ними из дружины княжеской. И сказал Вышата: „Я пойду с ними». И высадился к ним с корабля, и сказал: „Если буду жив, то с ними, если погибну, то с дружиной». И пошли, намереваясь дойти до Руси. И сообщили грекам, что море разбило ладьи руси, и послал царь, именем Мономах, за русью 14 ладей. Владимир же, увидев с дружиною своею, что идут за ними, повернув, разбил ладьи греческие и возвратился на Русь, сев на корабли свои. Вышату же схватили вместе с выброшенными на берег, и привели в Царьград, и ослепили много русских. Спустя три года, когда установился мир, отпущен был Вышата на Русь к Ярославу. В те времена выдал Ярослав сестру свою за Казимира, и отдал Казимир, вместо свадебного дара, восемьсот русских пленных, захваченных еще Болеславом, когда тот победил Ярослава.

В год 6552 (1044). Выкопали из могил двух князей, Ярополка и Олега, сыновей Святослава, и окрестили кости их, и положили их в церкви святой Богородицы, В тот же год умер Брячислав, сын Изяслава, внук Владимира, отец Всеслава, и Всеслав, сын его, сел на столе его, мать же родила его от волxвования. Когда мать родила его, на голове его оказалось язвено, и сказали волхвы матери его: „Это язвено навяжи на него, пусть носит его до смерти». И носит его на себе Всеслав и до сего дня; оттого и не милостив на кровопролитие.

В год 6553 (1045). Заложил Владимир святую Софию в Новгороде.

В год 6554 (1046).

В год 6555 (1047). Ярослав пошел на мазовшан, и победил их, и убил князя их Моислава, и покорил их Казимиру.

В год 6556 (1048).

В год 6557 (1049).

В год 6558 (1050). Преставилась княгиня, жена Ярослава.

В год 6559 (1051). Поставил Ярослав Илариона митрополитом, русского родом, в святой Софии, собрав епископов.

А теперь скажем, почему назван так Печерский монастырь. Боголюбивый князь Ярослав любил село Берестовое и церковь, которая была там, святых апостолов и помогал попам многим, среди которых был пресвитер, именем Иларион, муж благостный, книжный и постник. И ходил он из Берестового на Днепр, на холм, где ныне находится старый монастырь Печерский, и там молитву творил, ибо был там лес великий. Выкопал он пещерку малую, двухсаженную, и, приходя из Берестового, пел там церковные часы и молился Богу втайне. Затем Бог положил князю мысль на сердце поставить его митрополитом в святой Софии, а пещерка эта так и возникла. И немного дней спустя оказался некий человек, мирянин из города Любеча, и положил ему Бог мысль на сердце идти странничать. И направился он на Святую Гору, и увидел там монастыри, и обошел их, полюбив монашество, и пришел в один монастырь, и умолил игумена, чтобы постриг его в монахи. Тот послушал, постриг его, дал ему имя Антоний, наставив и научив, как жить по-чернечески, и сказал ему: „Иди снова на Русь, и да будет на тебе благословение Святой Горы, ибо от тебя многие станут чернецами». Благословил его и отпустил, сказав ему: „Иди с миром». Антоний же пришел в Киев и стал думать, где бы поселиться; и ходил по монастырям, и не возлюбил их, так как Бог не хотел того. И стал ходить по дебрям и горам, ища места, которое бы ему указал Бог. И пришел на холм, где Иларион выкопал пещерку, и возлюбил место то, и поселился в ней, и стал молиться Богу со слезами, говоря: „Господи! Укрепи меня в месте этом, и да будет здесь благословение Святой Горы и моего игумена, который меня постриг». И стал жить тут, молясь Богу, питаясь хлебом сухим, и то через день, и воды испивая в меру, копая пещеру и не давая себе покоя днем и ночью, пребывая в трудах, в бдении и в молитвах. Потом узнали добрые люди и приходили к нему, принося все, что ему требовалось, И прослыл он как великий Антоний: приходя к нему, просили у него благословения. После же, когда преставился великий князь Ярослав, – приял власть сын его Изяслав и сел в Киеве.

Читайте также:  Морская соль при экземе польза и вред

Антоний же прославлен был в Русской земле; Изяслав, узнав о святой жизни его, пришел с дружиною своею, прося у него благословения и молитвы. И ведом стал всем великий Антоний и чтим всеми, и стала приходить к нему братия, и начал он принимать и постригать их, и собралось к нему братии числом 12, и ископали пещеру великую, и церковь, и кельи, которые и до сего дня еще существуют в пещере под старым монастырем. Когда собралась братия, сказал им Антоний: „Это Бог вас, братия, собрал, и вы здесь по благословению Святой Горы, по которому меня постриг игумен Святой Горы, а я вас постригал – да будет благословение на вас, первое от Бога, а второе от Святой Горы». И так сказал им: „Живите же сами по себе, и поставлю вам игумена, а сам я хочу уединиться в этой горе, так как и прежде уже привык жить в уединении». И поставил им игуменом Варлаама, а сам пришел к горе и ископал пещеру, что под новым монастырем, и в ней скончал дни свои, живя в добродетели, не выходя никуда из пещеры в течение сорока лет; в ней лежат мощи его и до сего дня. Братия же с игуменом жили в прежней пещере. И в те времена, когда братия умножилась и не могла уже вместиться в пещере, помыслили поставить монастырь вне пещеры. И пришли игумен с братией к Антонию и сказали ему: „Отец! Умножилась братия, и не можем вместиться в пещере; если бы Бог повелел, по твоей молитве поставили бы мы церковку вне пещеры». И повелел им Антоний. Они же поклонились ему и поставили церковку малую над пещерою во имя Успения святой Богородицы. И начал Бог, по молитве святой Богородицы, умножать черноризцев, и совет сотворили братья с игуменом поставить монастырь. И пошли братья к Антонию и сказали: „Отец! Братия умножается, и мы хотели бы поставить монастырь». Антоний же сказал с радостью: „Благословен Бог во всем, и молитва святой Богородицы и отцов Святой Горы да будет с вами». И, сказав это, послал одного из братьев к князю Изяславу, говоря так: „Князь мой! Вот Бог умножает братию, а местечко малo: дал бы нам гору ту, что над пещерою». Изяслав же услышал это и был рад, и послал мужа своего, и отдал им гору ту. Игумен же и братия заложили церковь великую, и монастырь огородили острогом, келий поставили много, завершили церковь и украсили ее иконами. И с той поры начался Печерский монастырь: оттого, что жили чернецы прежде в пещере, и прозвался монастырь Печерским. Основался же монастырь Печерский по благословению Святой Горы. Когда укрепился монастырь при игумене Варлааме, Изяслав поставил другой монастырь, святого Дмитрия, и вывел Варлаама на игуменство к святому Дмитрию, желая сделать тот монастырь выше Печерского, надеясь на свое богатство. Много ведь монастырей цесарями, и боярами, и богачами поставлено, но не такие они, как те, которые поставлены слезами, постом, молитвою, бдением. Антоний ведь не имел ни золота, ни серебра, но достиг всего слезами и постом, как я уже говорил. Когда Варлаам ушел к святому Дмитрию, братья, сотворив совет, пошли к старцу Антонию и сказали: „Поставь нам игумена». Он же сказал им: „Кого хотите?». Они же ответили: „Кого хочет Бог и ты». И сказал им: „Кто из вас больше Феодосия – послушного, кроткого, смиренного, – да будет он вам игумен». Братия же рада была, поклонилась старцу; и поставили Феодосия игуменом братии, числом 20. Когда же Феодосий принял монастырь, стал он следовать воздержанию, и строгим постам, и молитвам со слезами, и стал собирать многих черноризцев, и собрал братии числом 100. И стал искать устава монашеского, и нашелся тогда Михаил, монах Студийского монастыря, пришедший из Греческой земли с митрополитом Георгием, – и стал у него Феодосий спрашивать устав студийских монахов. И нашел у него, и списал, и ввел устав в монастыре своем – как петь пения монастырские, и как класть поклоны, и как читать, и как стоять в церкви, и весь распорядок церковный, и на трапезе поведение, и что вкушать в какие дни – все это по уставу. Найдя этот устав, Феодосий дал его в свой монастырь. От того же монастыря переняли все монастыри этот устав, оттого и почитается монастырь Печерский старшим изо всех. Когда же жил Феодосий в монастыре, и вел добродетельную жизнь, и соблюдал монашеские правила, и принимал всякого, приходящего к нему, – пришел к нему и я – худой и недостойный раб, – и принял меня, а лет мне было от роду 17. Написал я это и определил, в какой год начался Печерский монастырь и чего ради зовется Печерским. А о житии Феодосия скажем после.

Читайте также:  Цветки бархатцев польза и вред

Источник

Учебник для 7 класса

Литература

   
   

Долгие годы, передаваясь из уст в уста, из поколения в поколение, звучали в народе сказки и былины, пословицы и поговорки, песни и потешки, загадки и частушки, утешая, веселя.

Но вот в тихих кельях1 монастырей начинают переписывать летописи, поучения. В X веке появляется древнерусская литература.

«В ней сформировалось то удивительное чувство общественной ответственности писателя, которое стало характерной чертой русской литературы нового времени, — утверждает исследователь древнерусской литературы Д. С. Лихачев. — Именно в древней русской литературе создался тот широкий и глубокий взгляд на весь „обитаемый мир», который стал характерен для нее в XIX веке».

Литература древней Руси

В древнерусской литературе сохранилось много похвал книгам. Ценились они высоко. Летописец, желая похвалить Ярослава Мудрого, отмечал, что он прилежно читал днем и ночью. Книжные центры умножались на Русской земле, и свои летописания вместе с Киевом и Великим Новгородом завели Чернигов, Галич, Ростов, Владимир-Залесский. По свидетельствам литературоведов2, над рукописной книгой трудились многие. Доброписец чернописный воспроизводил основной текст, статейный писец — вязь3 киноварью, заставочный писец — заставки и буквицы, живописец иконный — миниатюры; златописец покрывал золотом заставки и отдельные части миниатюр. Златокузнец, среброкузнец и сканный4 оформляли оклад5.

О «Повестях временных лет»

«Повесть временных лет» появилась в период, когда в России пробудился особый интерес народа к своей истории. Она передала будущим поколениям легенды о том, как Олег, поставив корабли на колеса, подвел их с попутным ветром к Царьграду, как прибил щит над вратами Царьграда, как принял смерть от своего коня и т. д. Значение «Повести временных лет» было велико, она сообщала о многих исторических событиях. Среди жанров «Повести…» — сказания, предания, хождения, поучения, притчи и т. д.

«Се повьсти времяньных лет, откуда есть пошла русская земля. Кто въ Киевь нача первье княжити, и откуда русская земля стала есть» — так торжественно начинается древний летописный свод. Исследователь древнерусской литературы Н. И. Прокофьев пишет: «„Повесть временных лет» дошла до нас в нескольких сборниках. Самый ранний из них — „Лаврентьевская летопись». По своему составу летописный свод включает, кроме погодных записей, различные жанры литературы той эпохи (повести, поучения, послания, притчи, жития, предания, былинно-сказочные и легендарно-библейские сказания и др.)» записи устных рассказов, договоры…»

«Язык „Повести временных лет» — древнерусский, доступный жителям всех областей и княжеств Руси той эпохи, хотя нередко в текстах русская речь смешивалась с церковно-славянскими элементами…» — пишет Н. Прокофьев.

Из похвалы князю Ярославу и книгам

(Отрывок из «Повести временных лет»)

Велика бо бываеть полза отъ ученья книжного; книгами бо кажеми и учими есмы пути покаянью, мудрость бо обрЬтаемъ и въздержанье от словесъ книжныхъ. Се бо суть рЬкы, напояющи вселеную, се суть исходящи мудрости; книгамъ бо есть неищетная глубина; сими бо в печали утЬшаеми есмы; си суть узда въздержанью. Мудрость бо велика есть… Аще бо поищеши въ книгахъ мудрости прилЬжно, то обрящеши велику ползу души своей…

[Велика ведь бывает польза от учения книжного: книгами наставляемы и поучаемы на путь покаянья, ибо от слов книжных обретаем мудрость и воздержанье. Это ведь реки, напояющие вселенную, это источники мудрости; в книгах ведь неизмеримая глубина; ими мы в печали утешаемся; они — узда воздержанья. Велика есть мудрость. Если прилежно поищешь в книгах мудрости, то найдешь великую пользу душе своей…]

Вопросы и задания

  1. Расскажите кратко о том, как в древности трудились над рукописной книгой, какие жанры литературы включены в «Повесть временных лет». Используйте для своего ответа высказывания исследователей древнерусской литературы.
  2. Почему в отрывке о пользе учения книжного говорится, что «книгами наставляемы и поучаемы на путь покаянья»?
  3. Какова основная мысль прочитанного текста и сумели ли вы понять его на древнерусском языке? Прочитайте выразительно текст на древнерусском языке и тот же текст в пересказе.

1 Кёлья — комната монаха в монастыре.

2 Литературовед — специалист, изучающий науку о художественной литературе.

3 Вязь — соединение, сплетение смежных букв в один сложный знак (например, в заглавиях старинных рукописей).

4 Скань — металлические покрытия на иконе, книге.

5 Оклад — металлические покрытия на иконе, книге.

Источник

Волжские болгары, по свидетельству Эбн-Гаукаля, арабского географа X века, доставляли из Руси шкуры черных куниц или скифских соболей; но сами на Русь не ездили, потому что там якобы убивали всех иноземцев.

Скандинавские саги и немецкие летописи сообщают и о торговле русских с северными народами. Вся торговля с северными и балтийскими странами велась через Новгород. На новгородском рынке, куда съезжались тысячи купцов, скандинавы покупали драгоценные ткани, домашнюю утварь, богатые одежды, шитые золотом, и меха. Вероятно, что эти богатые одежды и ткани доставлялись купцами в Новгород из Царьграда, по древнему торговому пути «из варяг в греки». Если верить Нестору, то этим торговым путем пользовались новгородцы еще во времена Олега.

Вполне вероятно, что великие князья, следуя примеру скандинавских властителей, сами участвовали в торговых операциях для умножения своих доходов, ведь государственную подать в IX и X веках на Руси собирали в основном натурой. Из разных областей Руси шли в столицу обозы с медом и шкурами, это был княжеский оброк.

Ежегодно приходили и в Киев купеческие флоты из Константинополя. Такие караваны привозили богатые и важные для князя и бояр товары. Князья, ожидая их, даже из самых отдаленных мест присылали войско к Каневу для обороны судов от печенегов, а затем половцев. Днепр в его течении от Киева до моря назывался путем греческим. Им издавна пользовались и русичи. Они привозили в богатый и цветущий Судак горностаевые и другие драгоценные меха, а в Тавриде покупали соль. Здесь же русские купцы приобретали у восточных купцов бумажные и шелковые ткани, различные пряные коренья. В Киеве, как мы упоминали выше, жили греки, евреи, армяне, немцы, а также представители других народов. Сюда их привлекали выгодная торговля и обмен товарами. Немалое значение имело и гостеприимство русских, которые дозволяли христианам латинской церкви свободно отправлять свое богослужение, но запрещали им спорить о вере. По утверждению одного из польских историков, «боясь, чтобы сии проповедники не доказали, сколь вера греческая далека от истины».

Читайте также:  Польза порошка из яичной скорлупы

Подобно Черному морю и Днепру, Каспийское море и Волга служили другим важным путем для торговли. Болгары, в случае неурожая на Руси, поставляли хлеб в Суздальский край, могли доставлять и ремесленные изделия Востока.

Удачные войны, получение выкупов, торговля русских купцов вели к обогащению высших слоев русского общества. Узнав о пышности константинопольского двора, великие князья, а вслед за ними и бояре, хотели подражать ему. За ними следовали их жены и дети, родственники.

Но не только богатства Византии привлекали русских князей. Владимир Великий, а за ним и Ярослав многое сделали для того, чтобы на Руси прижилась и книжная (то есть имевшая письменность) византийская культура.

«Велика ведь бывает польза от учения книжного»

Народы, которые вошли в состав Русского государства, считал Н. М. Карамзин, «и до пришествия варягов имели уже некоторую степень образования. Так, самые грубые древляне уже жили в городах. Вятичи и радимичи, по описанию Нестора, варвары, издревле занимались хлебопашеством. Вероятно, что они пользовались и выгодами торговли, как внутренней, так и внешней». По мнению Н. М. Карамзина, народы, которые жили в городах и занимались торговлей, не могли быть безграмотными. Посчитать, получить прибыль мог только сметливый и относительно грамотный человек. Они также использовали особые меры: сажень, локоть, пядь, стопа в повседневной жизни и при строительстве.

Конечно, наиболее образованными были высшие слои общества. Так, Новгородский эпос говорит о грамотности боярской молодежи. Былина о Василии Буслаеве рассказывает:

Стали его, Васильюшку, грамоте учить,

Грамота ему в наук пошла;

Посадили его, Васильюшку, пером писать,

И письмо ему в наук пошло.

Но только Владимир Великий положил начало истинному народному просвещению на Руси.

Скандинавы в IX веке знали руническое письмо. Однако руны оказались недостаточными для выражения многих звуков славянского языка. Хотя кириллический алфавит мог быть известен на Руси еще до Владимира (о первых христианах на Руси упоминается во времена Игоря, и им, естественно, необходимо было иметь книги для церковного служения), однако число грамотных людей было, конечно, невелико. Владимир увеличил число грамотных, посылая «собирать у лучших людей детей и отдавать их в обучение книжное», чтобы дать церкви пастырей и священников, «разумеющих книжное писание», и таким образом открыл русским путь к науке и образованию.

Ярослав, по примеру своего отца, который любил «словеса книжные», сам много читал и заботился о просвещении подданных. С этой целью он, во-первых, поставляя по градам и селам священников, платил им из своей казны жалованье, чтобы они чаще собирали народ в церкви и ревностнее учили его вере. Во-вторых, объединил вокруг себя людей образованных, которые переводили по его поручению многие книги с греческого языка на славянский, а другие, «прежде в Болгарии или Руси переведенные», списали, и предлагал эти книги для чтения всем верным. В-третьих, посетив в 1030 г. Новгород, сам основал там училище, в котором сразу же начали обучаться 300 детей старост и пресвитеров. Ярослав, судя по этим опытам, старался и в других городах открывать или, по крайней мере, поддерживать уже существующие училища, которые давали образование народу и готовили священников для церкви. «Житие» Феодосия Печерского повествует о том, что Феодосий «попросил [в Курске] отдать его учителю поучиться божественным книгам, что и сделали. Скоро постиг он всю грамоту, так что поражались все уму его и способностям и тому, как быстро он всему научился. А кто расскажет о покорности и послушании, какими отличался он в учении не только перед учителем своим, но и перед учащимися с ним?» Летописец, к сожалению, не сообщает о количестве таких училищ. Он делает общий вывод о том, что, тогда как Владимир только «взорал и умягчил землю Русскую святым крещением», Ярослав «насеял книжными словесы сердца верных людей» и что даже к концу XI и в начале XII столетия сыны Руси только пожинали посеянное этим достойным князем.

Источники позволяют предположить, что в Древней Руси были школы двух видов. В одних (при монастырях) готовили церковнослужителей. В них преподавали чтение, письмо, пение, богословие. Школы высшего типа, кроме того, для «лучших людей детей», давали знания по философии, риторике, грамматике. Но, очевидно, самым распространенным было индивидуальное обучение. Летопись под 1030 г. сообщает: «Преставился Иоаким, епископ Новгородский, и был у него ученик Ефрем, который нас учил греческому языку». О широком распространении индивидуального обучения говорят многочисленные находки берестяных грамот, найденные в Новгороде, Смоленске и других городах. На бересте писали купцы, горожане, крестьяне. Эта повседневная переписка раскрывает самые различные стороны жизни Великого Новгорода. Учебные тетрадки мальчика Онфима (вторая половина XIII столетия) дают нам представление о системе обучения в Древней Руси. На одном «листе» записи букв и слогов: БА ВА ГА ДА ЖА… БЕ BE ГЕ ДЕ ЖЕ… БИ ВИ ГИ ДИ ЖИ и т. д… свидетельствуют о слоговом принципе обучения. На другом листе записана традиционная формула: «Господи, помози (помоги) рабу своєму Онфиму», рисунок зверя и подпись «Я – зверь». На третьем кусочке бересты рядом с рисунками человечков сделана запись из долгового документа: «На Домире възяти доложзиве». Знал мальчик и числа, набрасывал на бересте начальные фразы богослужебных молитв и песен. Свои надписи на изделиях ставили гончары. На голоснике в новгородском Софийском соборе мастер расписался «Стефан пел» (писал). Иногда эти надписи носят своеобразный, символический характер. Так, у горлышка глиняной амфоры XI столетия киевский мастер сделал надпись: «Благодатна полная корчага сия».

Источник